alex_the_priest (alex_the_priest) wrote,
alex_the_priest
alex_the_priest

Categories:

Лазарева суббота.

Друзья мои, предлагаю вам к прочтению рассказ, написанный одним моим знакомым. Интересно, что вы скажете начинающему автору.
"Лазарева суббота"
Сергей спал без снов, а когда проснулся, вчерашнее горе накрыло его с новой силой. Он сел на незастеленном диване и вдруг завыл в голос. Квартира была пуста, и никто не мог слышать его рыданий. Вылив всю боль, что оставалась внутри, он встал и пошел в ванную. «Нервы», - подумал Сергей про себя как-то отстраненно, как будто плакал сейчас не он, а какой-то другой человек, внутри которого он находился.
Жили они с женой Мариной тихо и дружно. Ждали ребенка. Жена терпеливо переносила сильный токсикоз, когда от каждого резкого запаха ее беспощадно тошнило. Покорно выполняла все назначения врачей, ложилась на сохранение, сутками сидела на одних яблоках, когда доктор говорил, что появились отеки. Она ждала этого ребенка, и была готова безропотно переносить ради него все, что потребуется. А он пытался как-то скрасить ее положение, покупал ей всякие вкусности и с полуслова выполнял каждое ее желание.
Но вдруг это случилось. На шестом месяце Марину положили в больницу с угрозой выкидыша, а потом вдруг увезли в областной перинатальный центр, и там она родила. Крохотную 600-граммовую девочку сразу положили в стеклянный бокс, подключили к проводам и шлангам. Серега дома тосковал, и ходил в храм, что был неподалеку.
На другой день прямо в реанимацию пришел батюшка и окрестил девочку, назвав ее, по просьбе родителей, Екатериной. На душе у Сереги сразу стало спокойней, и в тот день он перед сном долго мечтал о том, как встретит Марину на крыльце роддома, а она выйдет счастливая, и аккуратно передаст ему драгоценный кулечек, перевязанный розовой лентой.
Утром пришло СМС, что ночью у Кати было сильное кровоизлияние в мозг, и состояние ребенка критическое. Целый день Сергей был сам не свой. Марина не отвечала на телефон.
В одиннадцать вечера от нее пришло сообщение: «Кати больше нет».
Он лег на незастеленный диван и плакал в голос в пустой квартире, пока не уснул.
Сергей механически умылся и почистил зубы. Зазвонил телефон. Мама.
- Сынок, ты как? Встал уже?
- Угу.
- Ты давай собирайся, иди в церковь скорей, пока служба не началась. Договорись с батюшкой, чтобы сегодня отпели, а то завтра праздник, Вербное Воскресенье. Мы с отцом к тебе выезжаем.
- Мам, а где гробик купить?
- Да зачем гробик, в пеленочку завернем, али в коробочку какую…
У Сергея вдруг опять сдали нервы, и он закричал в трубку:
- Мама! Никаких коробочек! Хоронить! Только! В гробу!
По дороге в храм он успокоился. Им овладело какое-то тупое равнодушие. «Наверное, это такая защита организма от стрессовых ситуаций» - снова подумал Сергей о себе, как будто о постороннем человеке.
За свечным ящиком возилась старушка. На вопрос Сергея она сообщила:
- Сейчас батюшка приедет! Сегодня Лазарева суббота, будет литургия.
Сергей сел на лавочку у свечного ящика. В храме было тихо, успокаивающе пахло свечами и ладаном. Сергей взял с прилавка потертое Евангелие с закладкой-лентой, открыл в том месте, где она была заложена, и машинально стал читать.
«Был болен некто Лазарь из Вифании…»
Он знал эту историю о воскрешении четырехдневного Лазаря, с которым, так же как и с его сестрами Марфой и Марией, дружил Иисус.
«Сестры послали сказать Ему: Господи! вот, кого Ты любишь, болен»
Почему Иисус не пришел сразу, ведь он любил и Марфу, и сестру ее, и Лазаря? Пробыл два дня на том месте, где находился, и потом только пошел… Ну понятно, Он-то знал, что может воскресить Лазаря, хотя бы и четырехдневного… Но что в это время пережили родные больного? Они ведь послали за ним вовремя, когда еще Лазарь был жив… А потом любимый человек умер прямо у них на глазах, и они хоронили его в пещере…
«Господи! если бы Ты был здесь, не умер бы брат мой!»
Гулко хлопнула большая дверь, вошел священник, и направился к свечному ящику. Сергей подошел под благословение и рассказал, зачем пришел. На лице батюшки выразилось искреннее сочувствие, он сжал руку Сергея и сказал:
- Помоги вам Господи пережить это! Доченька ваша крещена, и поэтому она сейчас в Царствии Небесном, видит своими очами Пресвятую Богородицу, ангелов и Господа.
Батюшка пообещал совершить отпевание, и добавил:
- Только надо успеть до пяти часов, сегодня всенощная на великий праздник.
Машина летела по пустой трассе. Шел дождь, теплый апрельский дождь, от которого тают в полях остатки снега и оживает первая весенняя травка. И это вызывало у Сергея странное чувство. Ощущение смертельной тоски наполняло его, и, казалось, не только его, но и весь салон автомобиля, несущегося сквозь пелену дождя по мокрой дороге. А за окнами наступала весна, воскресала жизнь, и в этом всеобщем ликовании будто бы растворялась его маленькая человеческая трагедия… Сергей опустил стекло, и свежий ветер с каплями дождя ворвался в салон машины.
«Господи! Если бы Ты был здесь, не умер бы брат мой!» Эти слова не выходили из головы. Сергей не понимал, зачем Богу понадобилась забирать жизнь этой маленькой девочки, которую они с Мариной так ждали…
«Господи! Если бы Ты был здесь, не умер бы брат мой!», - повторил мысленно Сергей. Он не знал, наказал ли его Господь за какие-то грехи, или он должен понять что-то жизненно важное, что по-другому понять нельзя? А может, предвидя будущее, Бог забрал у них этого ребенка во избежание большего горя?
«Господи! Если бы Ты был здесь, не умер бы брат мой!» - пульсировало у него в голове. Это была не молитва, просто в этой фразе было выражено все его состояние. Он не знал, как говорить с Богом о том, что случилось, и повторял только эти слова, чтобы голова не взрывалась от мыслей.
Неприветливый серый город встретил его однообразными многоэтажками и ямами на асфальте. Грязные машины носились по улицам, обливая друг друга потоками из луж. Сергей набрал в навигаторе адрес ритуального агентства и поехал туда, чтобы купить гробик.
Детских гробов не оказалось.
- Только на заказ, и не раньше понедельника – развела руками продавщица. – Попробуйте съездить в морг областной больницы.
И она сказала адрес.
Снова серые улицы, лужи, потоки грязной воды из-под колес.
Оставив машину у шлагбаума, Сергей вошел на территорию больницы и долго бродил между облезлыми корпусами, пока не нашел морг. Но дверь была заперта, и ни одной живой души рядом. Не зная, у кого спросить, Сергей зашел в ближайшую открытую дверь, и попал в приёмный покой.
За столом сидел плотный пожилой врач с рыхлым испитым лицом, и неприветливая медсестра средних лет.
- Вам чего, молодой человек?! – с вызовом спросила она.
Сергей растерялся, не зная, с чего начать.
- У меня ребенок умер. Гроб нужен. Маленький. Говорят, у вас в морге есть. А там закрыто.
- Конечно, закрыто! Сегодня же суббота, - резко ответила медсестра. - И вообще, нет там никаких гробов, с чего вы взяли?
- Ну, извините.
Сергей понял, что ситуация, действительно, глупая, и вышел в темный коридор, как вдруг услышал за спиной голос:
- Постой, парень! - Пожилой доктор шел за ним, накидывая пальто. - Погоди.
Они вышли на крыльцо. С ржавой крыши бежала вода, падая в глубокие, до щебня, промоины в асфальте. Старый доктор прикурил сигарету и сказал:
- В нашем морге детских гробов нет. Ты попробуй съездить в морг судебной экспертизы. Там бывает. Хотя сегодня суббота, не знаю, работают ли они… А сколько ребенку-то? - неожиданно спросил он.
- Новорожденный, - ответил Сергей безучастно. Он уже привык к этому ощущению, будто он сидел внутри другого человека, который думал, чувствовал и взаимодействовал с окружающим миром.
- Да… - Продолжил доктор. – Я тоже сына схоронил в девяносто первом... Гробик маленький такой заказывали... Пришли мы на кладбище с женой, и опустили его вдвоем… Пять лет было мальчишке…
Сергей смотрел на его грубое лицо и не слушал, а только думал, что этот человек, перевидавший за жизнь столько боли и смертей, что уже трудно его чем-то разбередить его закостеневшую душу, специально его догнал, чтобы поддержать. Пусть вот так, неловко, но, видно, и это для него было сильным порывом…
- Короче, попробуй в судебный морг. – Заключил доктор. Сергей пожал ему руку и пошел к машине.
Он не особо верил, что найдет то, что ему нужно, но все равно поехал в этот морг. Снова замелькали навстречу тоскливые дома и мокрые тротуары. Господи, когда же это кончится! Сергей уже не думал ни о чем, ему хотелось поскорее забрать жену из этого ужасного города, и увезти ее домой. Но человек, в котором он сидел, мотался по серым улицам, и все искал что-то.
Вот он на новом адресе. Навигатор привел не с той стороны, и надо долго идти пешком по грязным кривым проулкам.
Вот морг. Конечно, он закрыт. Зазвонил телефон. Мама.
- Серёжа, как дела? Гробик не ищи, отец делает. Сейчас вот тканью обшивать буду…
Вот это хорошо! Как хочется уже поскорей оказаться рядом с женой… Но надо еще купить чистую пеленку, она просила. Сергей сел в машину и поехал искать детский магазин.
На третьем этаже торгового центра он нашел «Детский мир». Когда Сергей зашел в него и оказался среди игрушек, памперсов и прочих детских товаров, ему снова стало плохо. С трудом найдя отдел для новорожденных, он схватил набор из трех пеленок и пошел на кассу.
Одна пеленка была однотонная, розовая, а две – веселые, со смешными лошадками.
- У вас все? – спросила девушка-продавщица.
- Да, - с трудом выдавил Сергей.
Он смотрел сквозь нее пустыми глазами, и ему мучительно хотелось поскорее отсюда уйти.
- У нас акция. Можете взять второй набор бесплатно, - снова обратилась к нему продавщица.
- Спасибо, не надо, - глухо произнес Сергей.
- Сегодня скидка на бутылочки и средства для кормления. Не желаете?
- Спасибо, не надо, - повторил он из последних сил, схватил пеленки и выскочил на лестницу. Его снова душили слезы.
У входа в роддом стояла машина, украшенная шарами, около которой новоиспеченный папаша ждал свое счастье. Сергей припарковался рядом, поднялся по лестнице, и зашел в холл.
Когда на лестнице показалась жена, его охватило волнение. Марина несла в руках небольшую продолговатую коробку от лекарств, в которой, он знал, лежала их дочь. Сергей молча взял у нее страшную ношу, крепко и бережно прижал коробочку к себе, и они вышли. Папаша из нарядной машины провожал их растерянным взглядом, о чем-то догадываясь по их поникшим фигурам и коробочке, но, видно, не желая этому верить…
Когда они, наконец, выехали из города и оказались на трассе, Сергей свободной рукой взял Марину за руку. Она сжала в ответ его ладонь. Они все так же молчали, но в этот момент Сергей остро почувствовал, что на всем белом свете нет для него никого роднее и ближе Марины. И, похоже, Марина испытывала то же самое чувство. И страшный груз на заднем сидении стал вдвое легче. Они справятся. Вместе – точно справятся.
Родители и батюшка уже были на кладбище. Дождь перестал, и весна вокруг бушевала во всю мощь. Когда Сергей увидел красивый розовый гробик, украшенный оборочками, ему вдруг стало стыдно, что он утром накричал на мать.
Священник разжег кадило и начал отпевание. Чин показался долгим, но не утомительным. Сергей и Марина слушали молитвы, не отпуская рук. Они не понимали всех слов, но чувствовали их общий смысл, полный печали и, в то же время, утешения, и их души наполнял мир. Церковь со всей ответственностью провожает в Царствие Небесное настоящего человека, христианина – новопреставленного младенца Екатерину.
Когда пришла пора перекладывать Катеньку в гроб, Сергей осторожно открыл коробку, достал завернутое в пеленку тельце, и в глазах снова поплыл туман от слез. Так и не решившись развернуть пеленку, он поцеловал сквозь ткань маленький лобик дочери, и бережно, как живую, уложил ее в гробик. Отец, собранный и строгий, застучал молотком, забивая в крышку маленькие гвоздики…
Когда последняя лопата земли легла на маленький продолговатый холмик, батюшка повернулся к ним, и сказал:
- Господь определил забрать младенца на Небеса чистым и непорочным. Нам, простым смертным, не дано знать тайны судеб Божьих. И не надо пытаться проникнуть в них своим умом. Верить в Бога – значит не просто верить в то, что он есть. Это значит, доверять Ему и принимать все, что происходит в жизни – доброе или плохое – как из Его рук. Это сложно, но надо этому учиться.
Когда они возвращались к машине, Сергей вдруг понял, что гнетущее чувство тоски, преследовавшее его последние четыре дня, ушло, и в душе были мир и спокойствие. И еще одно чувство неимоверной силы обосновалось там – любовь к Марине. Его просто физически тянуло быть с ней рядом, и он до сих пор не выпускал ее руки. Он посмотрел ей в глаза и увидел… нет не увидел, а – ощутил душой то, что не в силах понять ум – он вдруг ощутил, что ее глазами смотрит на него Христос.
- Ты был здесь, Господи! Ты всегда был рядом! - чуть не закричал он вслух. А солнце било из всех луж, и на кладбищенских деревьях наперебой щебетали птицы… Жизнь воскресала!
«Я есмь воскресение и жизнь; верующий в Меня, если и умрет, оживёт».
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 11 comments