alex_the_priest (alex_the_priest) wrote,
alex_the_priest
alex_the_priest

Category:

второй сон Веры Павловны

Этой заметкой хочу продолжить и завершить тему, предыдущего своего материала. Тема зыбкая, опирается лишь на видения, тем не менее, не могу её переступить и писать дальше. Усопшие иногда приходят. Но чтобы так, дважды в течение одной недели, такого ещё не было.
В среду мне пришлось отпевать человека, скажем так, совсем не церковного, но положительного, и даже очень хорошего по своим душевным качествам. Я уже рассказывал о ребёнке, просящем у меня хлеба.
Перед тем, как приступить к отпеванию ко мне подошла матушка и сообщила, только что умерла наша прихожанка. В этом году у нас в общине это уже третья кончина верующего человека. Раньше в лучший мир мы провожали максимум одного молитвенника за год, а в этом уже троих.
Не удивительно. Мы стареем. Община, сформировавшись ещё в середине девяностых и начале двухтысячных, когда восстанавливался храм, так и осталась костяком прихода. Новые люди хоть и появляются, но держатся особняком. Потому каждый очередной уход ветерана для нас значимая веха.
Нина, так звали новопреставленную, после операции по удалению онкологической опухоли проболела ещё целых восемнадцать лет. Иногда она просила родных привезти её в храм, но чаще я сам бывал у неё дома. Не помню, чтобы она хоть когда-нибудь была в силах, постоянная немощь. Болезнь не отступала и всегда приносила страдания. Все эти годы она только и жила молитвой. Страдания сделали её святой. Нина Яковлевна не жаловалась и никогда не роптала. Обычно она лежала в своей комнате, смотрела на свой иконостас из множества разных образочков, и молилась.
Дочь рассказывала, как перед смертью, когда больная уже терялась и не всегда понимала где находится, она могла, всплёскивая руками сказать с досадой:
- Что же это такое! Полная комната ангелов, хотела встать, а негде.
Мы ждали её кончины со дня на день. Она умерла в среду. Наверное, чтобы на свой сороковой день присоединиться ко всем тем, кто будет славить вход Господень в Иерусалим.
Матушка подошла и попросила прочитать молитву из канона на разрешение души от тела. Я вышел, и прежде чем отпевать, прочитал молитву. Потом отпевая, на каждом прошении об упокоении поминал и новопреставленную. У Господа всё промыслительно, и ничто совершаемое в храме не совершается напрасно.

Под утро во сне я видел себя в алтаре. Будто кто-то незнакомый входит и протягивает мне крошечный пакетик.
- А это сопроводительная, - и передаёт мне листок с текстом. – Здесь, - он показывает на пакетик, - великая святыня. Раньше она принадлежала, - он назвал кому, но я не запомнил. – Теперь она будет находиться в вашем храме.
Поблагодарив, я положил пакетик на престол. Собрался было прочитать сопроводительную, но не успел. В алтарь вошёл другой незнакомец. Не обращая на меня внимания, он подошёл к святыне, схватил её с престола и быстрым шагом отправился на выход. Оторопев от такой наглости, я растерялся и остался стоять на месте. Вдруг вижу, рядом с входом в диаконник появляется моя старшая внучка.
- Дедущка, не волнуйся! Я догоню его и принесу её обратно.
Она убегает, а я быстрым шагом тороплюсь вслед за ней. Мы выходим из храма и куда-то спускаемся по лестнице всё ниже и ниже. Девочка скрывается у меня из виду. Наконец я её увидел. Девочка стояла на самом дне, куда привела нас эта лестница. Пол вокруг нас был загажен донельзя. Сплошной мусор, кал, и вонючая слизь.
Моя Алиса, перепачканная в этой грязи сверху донизу, смотрит на меня счастливыми глазками и подаёт маленький пакетик со святыней.
- Дедушка, убегая он бросил её в самую грязь, а я отыскала. Возьми, дедушка.
Беру пакетик, разворачиваю и вижу алюминиевый образок Пресвятой Девы с Младенцем на руках. В начале девяностых таких иконочек на подвеске было очень много. Серебряных мало, а таких много. Вокруг нас грязь и вонь, а у меня на ладони новенькая, будто только что вышедшая из-под пресса икона Пресвятой Богородицы.
Дитя улыбаясь, смотрит на меня. Я зажимаю образок в руке, опускаюсь на колени и делаю перед девочкой земной поклон. Потом беру её на руки. Прижимая к себе, такую как она есть, перепачкавшуюся в грязи, и поднимаюсь по лестнице.
- Пойдём наверх, родная моя, я отмою тебя, ты у меня будешь чистой-чистой. Даже не представляешь, какой ты у меня будешь чистой.
После отпевания, когда все наши подходили прощаться, я подошёл последним. И как во сне, опустившись на колени, сделал перед ней земной поклон.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments